Фивы (Казимеж Михаловский, Анджей Дзевановский)

Фивы. Серия «Искусство и культура древнего мира». Текст: Казимеж Михаловский; фотограф: Анджей Дзевановский. Перевод с польского: Лия Скальская. Издательство «Аркады», Варшава, 1973


На территории древних Фив можно различить ныне два, разделенных Нилом комплекса руин. На восточном берегу высится храм в Луксоре и величественный ансамбль культовых сооружений Карнака. На этом берегу, впрочем, располагалась в прошлом центральная часть древней столицы египетских фараонов. Иную картину представляют собой археологические памятники, находящиеся на западном берегу Нила, на краю пустыни. Стоит упомянуть хотя бы заупокойные храмы фараонов, царские скальные гробницы — главнейшую туристическую достопримечательность пустынной котловины, называемой Долиной царей, гробницы жен фараонов в близлежащей Долине цариц, а также некрополь вельмож в Шейх Абд эль-Гурна. Говоря сегодня о древних Фивах, мы имеем в виду обычно ту часть города, где доминировали погребальные сооружения, сосредоточенные на левом берегу Нила. Стоит, однако, помнить и о том, что на этом берегу находились также некоторые царские дворцы. В древности город живых не был так резко отделен от города мертвых, как это может нам казаться сейчас. Известно, например, что царские резиденции было принято строить рядом с поминальными храмами, так, чтобы фараон при жизни мог находиться вблизи места, где он должен был почитаться после смерти. 

Картина нынешних западных Фив, таким образом, принципиально отличается от первоначального вида города: не только потому, что дошедшие до нас руины являются почти исключительно свидетельством египетской идеи загробной жизни, но прежде всего в связи с тем, что в отличие от руин восточной части Фив они создают впечатление кладбища. В действительности в древнем Египте такой разницы между западной и восточной частями Фив не было. Ибо на западном берегу Нила жили вместе со своими семьями многочисленные жрецы, к обязанностям которых принадлежала опека и забота о сохранности гробниц и целых погребальных ансамблей; здесь жили также жрецы заупокойных царских храмов, не говоря уже о многочисленных рабочих и ремесленниках, трудившихся над возведением и украшением сооружений, строившихся именно в этой части столицы.

Обращаясь к истории города, следует помнить о том, что крупный городской центр столичного характера возник здесь не сразу. Греческое слово θηβαι связано, по-видимому, с тем, что в египетском языке произошло фонетическое слияние названия одного из культовых комплексов (в храме Амона в Карнаке) либо квартала этого города с наименованием беотийских Фив, похоже звучащим для греков. Это слово появляется впервые у Гомера (II, IX, 381—384). Впрочем, позже греки употребляли название Диосполис Магна, т.е. «Великий город Зевса» (Зевс отождествлялся с Амоном). В древнем Египте город носил то же название, что и ном, т.е. Уасет, а для жителей древних Фив они были просто либо «городом Амона», либо «городом юга».

О развитии этого города до периода Среднего царства сохранилось очень мало сведений. Не подлежит сомнению, однако (о чем свидетельствуют находки доисторического времени на территории, расположенной вблизи пустыни), что уже начиная с эпохи среднего палеолита здесь существовали человеческие стоянки, которые предшествовали поселениям додинастического периода и периода Древнего царства. Старейшее из них находилось по-видимому на западном берегу реки (в прошлом Гермонтис, ныне Армант). На восточном берегу возник другой городской центр — Тод, а к северу от позднейших Фив — Медамуд. Главным божеством, почитавшимся в этих городах, был бог Монту. В период первых пяти династий фиванский округ не играл еще сколько-нибудь значительной политической роли, хотя его эмблема встречается уже на голове одного из божеств в скульптурной группе фараона IV династии Микерина, найденной в храме при его пирамиде в Гизе. Возможно уже тогда на территории позднейших Фив существовали культовые постройки, хотя никаких следов от них не сохранилось. Во всяком случае в конце Древнего царства несколько фиванских номархов приказало вырубить себе гробницы на склонах горы Хоха, расположенной к востоку от котловины Деир-эль-Бахри. В конце первого Переходного периода один из этих правителей — Интеф, которому подчинялось семь южных номов Верхнего Египта, образующих округ «врат юга», настолько укрепил свою власть на этой территории, считавшейся зависимой от Гераклеополя, что его сын Ментухотеп сам уже провозгласил себя царем. Вероятно с самого начала возникновения нового города на территории позднейших Фив все более возрастал авторитет бога Амона. Его имя мы встречаем там впервые в начале первого Переходного периода, когда, по-видимому, в Фивах был построен первый храм этому богу. Следы храма не сохранились, но о его существовании мы знаем по сохранившейся надписи. В период XII династии культ Амона уже доминировал в фиванской религии.

В конце III тысячелетия союз южных номов, к которому со временем присоединились восьмой и девятый номы, одерживает победу над гераклеопольским царством, а новый город Фивы становится настоящей столицей Египта — резиденцией фараонов XI династии. Не подлежит сомнению, что в это время в Фивах должны были возводиться монументальные постройки и храмы, посвященные богам — об этом свидетельствуют блоки с картушами Ментухотепа, открытые в позднейших сооружениях Карнака, а прежде всего руины огромного заупокойного храма Ментухотепа I в Деир-эль-Бахри, возведенного на террасах и увенчанного пирамидой. Этот храм был окружен некрополем знати. По-видимому, в это время уже обозначилась территория большого города, разделенного Нилом на две части. На восточном берегу возник «город живых» — центр государственной администрации и культа, а на западном берегу — «город мертвых», где уже правители IX и X династий, носившие имя Антеф, заложили свой некрополь у подножия горы Дра Абу-эль-Нага.

Хотя фараоны XII династии перенесли политический и административный центр в до сих пор еще не исследованную местность Иттауи, находившуюся недалеко от оазиса Фаюм, Фивы по-прежнему продолжали развиваться как важный центр культа Амона. Строительную деятельность в священном округе Амона, находившемся на территории Фив, начал уже первый представитель XII династии — Аменемхет I, а гораздо более важную роль в этом отношении сыграл его преемник Сенусерт I. При нем, по-видимому, был построен храм, руины которого были обнаружены посредине центрального корпуса большого храма Амона в Карнаке. Погребения царей XII династии находятся недалеко от их столицы, в центральной части Египта (Хавара, Эль-Лахун, Мединет-эль-Гуроб, а также Саккара); в Фивах же мы встречаем гробницы тогдашних местных сановников. К ним принадлежит, в частности, гробница Антефокера, градоначальника и визиря времен Сенусерта I.

Деир-эль-Бахри: А — Храм Ментухотепа Небхепетра; Б — Храм Тутмоса III; В — Храм Хатшепсут; Г — Прецессионные аллеи
Деир-эль-Бахри: А — Храм Ментухотепа Небхепетра; Б — Храм Тутмоса III; В — Храм Хатшепсут; Г — Прецессионные аллеи
Долина царей. Цифры означают гробницы иных правителей
Долина царей. Цифры означают гробницы иных правителей
Западные Фивы
Западные Фивы
Деир-эль-Медине. План поселка рабочих времени XVIII—XX династий
Деир-эль-Медине. План поселка рабочих времени XVIII—XX династий
Рамессеум: А — Первый пилон; Б — I двор; В — Второй пилон; Г — II двор; Е — Гипостильный зал
Рамессеум: А — Первый пилон; Б — I двор; В — Второй пилон; Г — II двор; Е — Гипостильный зал
Храмовый округ Рамессеума: А — Храм; Б — Дворец; В — Помещения рядом с храмом
Храмовый округ Рамессеума: А — Храм; Б — Дворец; В — Помещения рядом с храмом
Мединет-Абу: А — Храм Тутмоса III; Б — Храм Рамсеса III; В — Дворец Рамсеса III; Г — Крепостные стены; Д — Укрепленные ворота
Мединет-Абу: А — Храм Тутмоса III; Б — Храм Рамсеса III; В — Дворец Рамсеса III; Г — Крепостные стены; Д — Укрепленные ворота

Период наивысшего расцвета города относится, к эпохе Нового царства, когда при фараонах XVIII династии Фивы становятся столицей Египта. В это время город — а при этом как город мертвых, так и город живых — приобретает характер великолепного столичного центра, украшаемого в будущем даже теми правителями, которые не имели в Фивах своей резиденции.

Первое место среди фиванских сооружений XVIII династии принадлежит знаменитому заупокойному храму Хатшепсут, находящемуся в Деир-эль-Бахри, возведенному Сенмутом, главным архитектором, хранителем печати и временщиком царицы. Идею храма, сооруженного на террасах, обнесенных со стороны фасада (т.е. с востока) портиками, Сенмут позаимствовал из расположенного рядом более раннего храма Ментухотепа. К наиболее великолепным украшениям храма Хатшецсут принадлежат знаменитые рельефы среднего левого портика, изображающие военный поход, организованный царицей в страну Пунт (возможно это сегодняшнее Сомали). Храм был раскопан в XIX веке О. Мариеттом и Э. Навиллем; шеститомный труд Навилля до сегодняшнего дня является отправным пунктом для всех исследований, посвященных этому замечательнейшему памятнику. Дальнейшие работы, проводимые в Деир-эль-Бахри Г. Уинлуком и его продолжателем А. Лансингом, привели к открытию ряда памятников, связанных с погребальными сооружениями этой котловины и с самим храмом. Его реставрацию, начатую еще Навиллем, продолжал архитектор Э. Барез по поручению Service des Antiquites de l’Egypte. В настоящее время работы по реконструкции храма Хатшепсут ведутся сотрудниками находящегося в Каире Польского института средиземноморской археологии и варшавского Государственного предприятия реставрации памятников.

Наследником Хатшепсут на египетском троне был Тутмос III — фараон, при котором Египет достиг своих наибольших границ. Тутмос III не ограничился значительным расширением храма Амона в Карнаке. В Мединет-Абу сохранился возведенный им храм, посвященный Амону, находящийся ныне перед позднейшим монументальным сооружением Рамсеса III; в этом же районе он перестроил храм, относящийся ко времени Тутмоса II. Новый заупокойный храм Тутмос III выстроил также в Гурна. Однако самой большой неожиданностью для археологов было связанное с этим фараоном открытие, сделанное в Деир-эль-Бахри. После раскопок, произведенных в храмах Ментухотепа и Хатшепсут, казалось, что все возможное здесь уже открыто и исследовано. В действительности дело выглядело иначе. В 1962 году польская археологическая экспедиция совершила здесь по-настоящему неожиданное открытие огромного исторического и художественного значения, которое вызвало живой интерес среди египтологов: это был неизвестный до сих пор храм Тутмоса III, находившийся между храмами Хатшепсут и Ментухотепа, возведенный частично на искусственном фундаменте, возвышавшийся некогда над обоими упомянутыми сооружениями. Кроме прекрасных рельефов с великолепно сохранившейся раскраской, польские археологи обнаружили там также много скульптур, среди которых особого внимания заслуживает гранитная статуя сидящего на троне фараона высотой в два метра. Храм был разрушен уже в древности, но еще в эпоху XX династии сюда сходилось множество паломников, которые оставили на стенах и колоннах храма ценные в историческом отношении надписи, написанные иератическим письмом.

Кроме этой постройки, занимавшей доминирующее место в котловине Деир-эль-Бахри, следы деятельности Тутмоса III и многочисленные доводы его враждебного отношения к Хатшепсут мы встречаем в ее храме, где были сбиты рельефы царицы и удалены ее имена и статуи. Великолепную гробницу Тутмоса III, находящуюся в Долине царей, начали строить, по-видимому, уже в начале его царствования.

Правителем, наиболее заслуженным в деле украшения Фив, был Аменхотеп III. Свои строительные начинания он осуществлял прежде всего на восточном берегу Нила. В западных Фивах фараон выстроил не только свой заупокойный храм (от него сохранилось лишь два знаменитых памятника, называемых «колоссами Мемнона», а также стела) и высеченную в скале гробницу к западу от Долины царей, но также дворец, находившийся к юго-западу от упомянутого заупокойного храма, сооруженный над искусственным озером, соединенным каналом с Нилом. Именно в этом дворце он охотнее всего проводил время вместе со своей любимой супругой, царицей Тии. От дворца, носящего сейчас название Малгатта, осталось очень немногое. Сын этого фараона — знаменитый еретик Аменхотеп IV, назвавший себя Эхнатоном, не оставил в западных Фивах следов своей деятельности, хотя в Карнакском храме сохранилось несколько статуй, изображающих этого царя. Зато от одного из его преемников, Тутанхамона, до нас дошла чрезвычайно богатая гробница. Открытая в 1922 году Картером, проводившим раскопки по поручению лорда Карнарвона, гробница Тутанхамона придала новый блеск Долине царей. Это было единственное погребение фараона, которое дошло до нас в неразграбленном состоянии. Найденные там предметы, значительное количество которых было выполнено из золота, являются наиболее ценной коллекцией среди памятников, хранящихся в Египетском музее в Каире.

Гробница преемника Тутанхамона — Харемхеба также принадлежит к числу наиболее внушительных и обширных усыпальниц правителей XVIII династии, находящихся в Долине царей.

В рассматриваемый период расширяется также некрополь знати, располагавшийся на восточных склонах пустынных холмов, находящихся в районе нынешней местности Шейх Абд-эль-Гурна. К важнейшим и наиболее богато украшенным рельефами и росписями памятникам фиванского некрополя принадлежат, в частности: гробница архитектора Инени, который будучи хранителем амбаров Амона руководил постройкой усыпальницы Тутмоса I; гробница Сенмута, архитектора и временщика царицы Хатшепсут, славящаяся астрономическими изображениями, помещенными на потолке (в этой гробнице, кстати, Сенмут не был похоронен); главная гробница Менхеперрасенеба — верховного жреца Амона при Тутмосе III; гробница Рехмира, занимавшего должность визиря при Тутмосе III и Аменхотепе II; гробница Сеннефера, градоначальника южных Фив, ведовавшего возделываемыми землями при Тутмосе IV, а также гробницы жреца Амона, носившего имя Нахт и писца кадастра Менна, относящиеся к этому же времени. В гробнице Нахта находится знаменитая роспись, изображающая играющих на музыкальных инструментах танцовщиц, которая принадлежит к прекраснейшим живописным композициям периода Нового царства. Особого внимания заслуживают также две гробницы сановников времени Аменхотепа III и Эхнатона — Харуефа и Рамозе. Гробница этого последнего славится прежде всего великолепными рельефами, украшающими погребальные камеры, а также росписью с изображением плакальщиц, помещенной вместо рельефа.

В связи со строительством монументальных королевских гробниц в Долине царей, в западных Фивах — в Деир-эль-Бахри — уже в период XVIII династии возникает город ремесленников и рабочих, занятых работами по прокладке и украшению подземных коридоров и залов царских усыпальниц. Вблизи города возник некрополь. Многие из находящихся там погребений украшены прекрасными росписями, а наземные части этих сооружений, как правило, увенчаны маленькими пирамидами. Город и некрополь в Деир-эль-Бахри, разросшиеся в период XIX и XX династий, откопала экспедиция Французского Института под руководством Бернара Брюйера.

В западных Фивах и Сети I, и Рамсес II возвели себе великолепные гробницы на территории Долины царей. Гробница Сети I может быть примером наиболее запутанной планировки коридоров и камер, высеченных в скале на разных уровнях. Богато раскрашенный рельефный декор усыпальницы Сети I принадлежит к лучшим произведениям погребального искусства эпохи XIX династии как в иконографическом, так и в художественном отношении. Эти рельефы изображают различные этапы путешествия души умершего фараона, которую она совершает по загробному миру. Мы встречаем здесь, в частности, изображения демонов и чудовищ, подстерегающих душу покойного. Перекрытие главной камеры украшают изображения созвездий.

В это время царских супруг хоронили в гробницах, строившихся в иной котловине, расположенной к юго-западу от Долины царей и называемой ныне Долиной цариц. К наиболее великолепным принадлежит гробница жены Рамсеса II, царицы Нефертари с замечательно сохранившимися рельефами, украшающими погребальные камеры, которые относятся к ценнейшим памятникам данного периода. Оба упомянутых выше фараона — Сети I и Рамсес II, имели также в городе мертвых свои заупокойные храмы. Небольшой храм Сети I в Гурна принадлежит к наилучшим образом сохранившимся сооружениям такого рода. Его другой, меньший по размерам храм Рамсес II включил в огромный ансамбль своего заупокойного храма, руины которого носят ныне название Рамессеума. Кроме свалившегося колосса из красного гранита, особого внимания заслуживают здесь рельефы, помещенные на внутренней стороне II пилона, изображающие битву под Кадешем. Как это было принято в то время, рядом со своим поминальным храмом Рамсес II выстроил себе дворец. Около собственно храма здесь сохранились части сводчатых помещений складов, сооруженных из кирпича-сырца.

Как Сети I, так и Рамсес II, в широком плане предпринимали работы, связанные с восстановлением памятников, а прежде всего храмов, находившихся в городе мертвых.

Крупнейшим архитектурным произведением эпохи Рамсеса III, наряду с его гробницей в Долине царей, является находящийся также в западной части Фив огромный комплекс в Мединет-Абу. Этот комплекс возводился двумя этапами. Сначала Рамсес III выстроил свой заупокойный храм с примыкающими к нему помещениями и приказал окружить его стеной вместе с царским дворцом, расположенным с левой стороны от входа на территорию храмового ансамбля, у первого двора. Затем, уже в конце своего правления, Рамсес III придал наружной части этого комплекса ярко выраженный укрепленный характер. Тогда именно была построена вторая, значительно более широкая стена (шир. 10,5 м, выс. свыше 18 м), в пределах которой оказался храм Тутмоса III, жилища жрецов и служителей храма. С востока и запада были возведены укрепленные ворота — восточные (четырехэтажные), как и большая часть храма Рамсеса III, дошли до нас в хорошем состоянии. Стены помещений, расположенных на отдельных этажах, были украшены рельефами, изображающими фараона в окружении царевен, в связи с чем эти помещения получили название гарема. С восточной стороны был сооружен ров, а над Нильским каналом — набережная. В это же время был перестроен дворец фараона. И бастионы, сооруженные с восточной стороны, и стены храма были украшены рельефами. Особого внимания заслуживают батальные сцены, а также сцены охоты, а среди них изображение фараона в колеснице, запряженной лошадьми с головами, богато украшенными перьями. Целый этот комплекс является уже на протяжении многих лет предметом внимательного изучения и темой публикаций сотрудников Восточного института Университета в Чикаго, филиал которого помещается недалеко от Карнака.

О заупокойных храмах преемников Рамсеса III, за исключением Рамсеса IV, мы знаем только из текста одного из папирусов. От храма Рамсеса IV сохранилось несколько его посвятительных надписей, обнаруженных во время американских раскопок на территории Эль-Асасифа. Остатки огромного храма с двумя дворами и двумя пилонами указывают на то, что этот правитель желал затмить своим поминальным комплексом ансамбль сооружений своего предшественника в Мединет-Абу. Строительство храма он, однако, не закончил, о чем свидетельствуют блоки стен с декором, относящимся уже ко времени Рамсеса V. В фундаментах этой постройки были обнаружены блоки из храмов Хатшепсут, Тутмоса III, Аменхотепа II и Рамсеса II. Комплекс Рамсеса IV, значительно превышавший по своим размерам ансамбль Рамсеса III в Мединет-Абу, скрывал со стороны Нила заупокойные храмы Ментухотепа I, Хатшепсут и Тутмоса III, расположенные в глубине котловины Деир-эль-Бахри. Гробницы последующих фараонов, носивших имя Рамсес, были обнаружены в Долине царей. При них значительно расширился некрополь знати, расположенный на склонах пустынных холмов. Стоит напомнить, что на 16-ом году правления Рамсеса IX ответственные должностные лица впервые провели следствие в связи с систематическим ограблением царских гробниц.

От начала Позднего периода в западных Фивах не осталось значительных следов, хотя фараоны XXV (напатской) династии заботились о том, чтобы оставить память о своей власти в храмах, находящихся в восточной части столицы. Только Тахарка закончил строительство II пилона перед храмом Тутмоса III в Мединет-Абу. Ашшурбанипал, который в 667 году покорил Египет и занял Фивы, целиком уничтожил столицу во время своего второго нашествия в 663 году, спустя несколько месяцев после смерти Тахарки. Градоначальником Фив в то время был известный нам по многочисленным портретам Монтуемхет, нубиец по происхождению, получивший эту должность от нубийских царей, бывший верным прислужником нескольких очередных правителей. В будущем Монтуемхет стал одним из главнейших приверженцев саисской династии. Он дожил до преклонного возраста и был похоронен после смерти в Эль-Асасифе, в гробнице, которая своими размерами не только могла равняться с царскими усыпальницами, но даже превосходила их. Деятельность правителей следующих четырех династий (начиная с саисской) ограничивалась на территории Фив частичным восстановлением некоторых построек и узурпацией при помощи надписей более ранних памятников. К этому времени относится, однако, несколько небольших сооружений, как например, молельни саисских царевен в Мединет-Абу.

Строительные работы и восстановление разрушенных ассирийцами памятников в широком масштабе начинается только в период XXX династии: в Мединет-Абу Нектанеб I увеличивает, например, храм времени XVIII династии, расширение которого с восточной стороны начали уже эфиопские правители.

Деятельность Птолемеев в западных Фивах выразилась прежде всего в восстановлении разрушенных помещений и в сооружении небольших святилищ. В Деир-эль-Бахри, в храме Хатшепсут, Евергет II перестроил разрушенный колонный зал на верхней террасе, возвел там небольшой портик перед высеченным в скале святилищем Амона времени Хатшепсут, а к самому святилищу добавил еще одно помещение. В этой наиболее глубоко расположенной части храма в это время процветал культ Имхотепа и Аменхотепа, сына Хапу, а также греческой богини Гигии, дочери Асклепия, с которым греки отождествляли Имхотепа. Таким образом заупокойный храм царицы Хатшепсут становится святилищем Имхотепа-Асклепия.

Недалеко от храма Хатшепсут, в Деир-эль-Медине, Птолемеи сооружают небольшой храм вблизи некрополя эпохи Нового царства. В Мединет-Абу они строят пилон перед храмом Тутмоса III, а несколько далее к югу — молельню Тота в Каср эль-Агуз (Евергет II). Фивы становятся в это время местом, притягивающим многочисленных путешественников из Греции. Уже в V веке Геродот, посетивший Египет, прославил великолепие архитектурных сооружений этой страны. В птолемеевскую эпоху Фивы посещает особенно много греков, о чем свидетельствуют, в частности, нацарапанные на стенах гробниц и храмов многочисленные надписи этого времени с именами посетителей, а иногда со словами восторга. Перед самым началом нашей эры путешественников особенно привлекали две колоссальные статуи, находящиеся на территории огромного храма Аменхотепа III, возведенного его архитектором Аменхотепом, сыном Хапу, на западном берегу Нила. Эти статуи, изображающие сидящего на троне фараона, были высечены из глыб песчаника, привезенных по распоряжению Аменхотепа, сына Хапу, из каменоломен, расположенных в 700 километрах от этого места, недалеко от Мемфиса. Их высота достигает 15 метров, не считая цоколя высотой более двух метров. В 27 году до н.э. здесь произошло землетрясение, в результате которого был разрушен храм, а на северном колоссе образовалась трещина на высоте половины торса. В связи с образованием этой трещины, при резких скачках температуры и влажности воздуха возникала вибрация камня, что происходило во время восхода солнца, когда первые солнечные лучи освещали и согревали поверхность камня. Тогда именно колосс начинал издавать слабый звук, что наверняка было замечено египтянами, а у греков вызывало особенное любопытство. Это явление описывает уже Страбон (XVII, 816), греки же начали вскоре отождествлять статую Аменхотепа III с изображением погибшего в Троянской войне от руки Ахилла легендарного героя Мемнона, возносящего жалобы к своей матери, богине утренней зари, розоперстой Эос. Начиная с 19 года н.э., когда Фивы посетил Германик, увидевший колоссы Мемнона, слава этих статуй становится все более широкой. Они вызывают все больший интерес среди просвещенной части целого греко-римского общества, и именно поэтому мы встречаем на них столь многочисленные надписи, нацарапанные путешественниками, приезжавшими, чтобы увидеть это одно из чудес света. Все это продолжалось до момента, когда Септимий Север, желая предохранить треснувший торс, приказал восстановить статую. С тех пор Мемнон утратил свой голос, но название колосса, имеющее уже свою долгую традицию, сохранилось, тем более, что греки называли этот округ Мемнонией, связывая образ героя с культом умершего царя.

В римское время в Фивах строилось очень немного. Домициан пристроил к пилону Нектанеба в Мединет-Абу двор и ворота, а Адриан, посетивший Фивы в 130 году, украсил храм Исиды в Деир-эль-Шелуит, выстроенный первыми римскими императорами в западных Фивах, к югу от Мединет-Абу. Дальнейшее его украшение относится ко времени Антонина Пия. Христианство начало распространяться в Фивах с конца IV века. Некоторые храмы были приспособлены в то время к потребностям нового культа. Старые статуи уничтожались, сбивались также рельефы. Не прекращается и начатое в римское время использование для обжига извести блоков известняка, из которых строились египетские сооружения. В VII веке на территории западных Фив возникает несколько монастырей. Главный центр христианского культа располагался в это время в Мединет-Абу, где была сооружена церковь св. Менаса. В храме царицы Хатшепсут также был основан монастырь, руины которого удалил с верхней террасы во время своих раскопок выдающийся археолог Э. Навилль. Иной монастырь находился в Деир-эль-Медине. В монастырь была превращена также гробница визиря Даги, относящаяся к эпохе Среднего царства. В старых гробницах поселялись отшельники.

В восточных Фивах, на территории храма в Луксоре, возникло две церкви. Политический упадок крупнейшего египетского городского центра фактически начался гораздо ранее, вместе с упадком Нового царства. Позже, после перенесения столицы в Александрию, Фивы сохраняли свое значение только лишь как город исторических памятников и культовых традиций. Вместе с введением в Египте христианства и падением Римской империи обе эти ценные традиции, культивировавшиеся в Фивах на протяжении последней тысячи лет истории Египта, утратили свой смысл. Одной из них суждено было снова возродиться уже в новое время — фиванский некрополь представляет собой ныне наиболее ценный комплекс памятников искусства и культуры древнего Египта.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для предотвращения попыток автоматической регистрации