Земледельческое освоение пространства Европы

Глава «Земледельческое освоение пространства Европы» книги «Мир искусства древних земледельцев Европы (Культуры балкано-карпатского круга в VII-III тыс. до н. э.)». Автор: Палагута И.В.; научный редактор: Кожин П.М. Издательство «Алетейя», СПб, 2012 ISBN: 978-5-91419-437-3


На Ближнем Востоке, в зоне древнейшего земледелия, развитие поселенческих систем шло по пути формирования прочной оседлости. Стабильная система заселения, с длительным существованием поселков на одном и том же месте, возникает в условиях плодородных, но ограниченных по площади долин предгорий и в оазисах. В широких речных долинах, где почвы требовали мелиорации, поселения были прочно привязаны к системам каналов. За счет отложения культурных слоев здесь образовывались «жилые холмы», которые в Месопотамии получили название «теллей», в Средней Азии — «тепе». Мощность слоев, накопившихся в некоторых из них в течение тысячелетий, достигает десятков метров.

Уже с V-IV тыс. до н. э. поселенческая система на Ближнем Востоке, так же, как и в Иране, Средней Азии, Египте, долине Инда, приобретает иерархически организованный порядок. Наиболее крупные поселения со временем преобразовываются в города — центры общественной и религиозной жизни, ремесла и торговли, окруженные меньшими по размеру поселками, сгруппированными вдоль оросительных каналов,— сельской округой 3. Постоянство этой структуры нашло отражение в мифологических концепциях и искусстве, где со становлением первых государств изображениям присуща целостность, упорядоченность, симметричность. В архитектуре развиваются элементы регулярной планировки с городским центром в виде храма или дворца, четко обозначенными ремесленными и жилыми кварталами.

3. Массон В.М. Первые цивилизации. С. 90.

В Европе ближневосточная иерархическая модель заселения так и не была полностью реализована. Первичными центрами распространения земледелия в Европе стали области речных долин Фессалии, Македонии и Восточной Фракии, где природные условия близки малоазийским, со сравнительно мягким средиземноморским климатом, плодородными аллювиальными почвами. Именно здесь уже в VII-VI тыс. до н. э. формируется «зона теллей» (болг. — «могила», греч. — «магула»), мощность слоев многих из которых к бронзовому веку превысила 10 м. Однако структура заселения даже этих наиболее плодородных территорий включала не только группы больших и малых многослойных теллей 4, но и «плоские» — однослойные поселения 5. Вполне возможно, что телли, бурный рост которых происходит в периоды позднего неолита и медного века, в этой системе выполняли роль «островков стабильности» и визуальных ориентиров, упорядочивающих освоенное пространство 6. Некоторые из них достигают значительных размеров, как, например, Селевак в Югославии, площадь которого достигает 50 га при мощности слоев до 3 м 7. Насколько применима к такой поселенческой системе иерархическая модель 8, сказать пока сложно, так как зачастую не ясно, как соотносились между собой одновременные памятники 9. Несмотря на то, что мест, пригодных для размещения поселков, в долинах предгорий не так уж много, изменения поселенческой системы были обусловлены архаичной системой землепользования, при которой выработка ресурсов и оскудение земель, демографические процессы, а также нестабильность окружающей среды приводили к периодической смене мест поселений.

4. См.: Dennell R. W., Webley D. Prehistoric Settlement and Land Use in Southern Bulgaria // Palaeoeconomy. Cambridge, 1975; Dennell R. Early farming in Southern Bulgaria from the VI to the III Millennia B.C. / BAR: International Series, 45. Oxford, 1978. 

5. Whittle A. Europe in the Neolithic. The Creation of New Words. Cambridge, 1996. P. 52-54; Радунчева А. Късноенеолитното общество в Българските земи / Разкопки и проучвания, XXXII. София, 2003. С. 8; Perles C. The Early Neolithic in Greece. P. 176.

6. Nanoglou S. Social and monumental space in Neolithic Thessaly, Greece // EJA, Vol. 4, Number 3, 2001. P. 311-312.

7. Whittle A. Europe in the Neolithic. P. 83.

8. Представление об иерархической системе заселения возникло из экономических моделей функционирования связей городских и сельских поселений, восходящих к работам видного экономиста первой половины XIX века И.Г. фон Тюнена. В дальнейшем эта модель была распространена на поселенческие системы, функционирование которых в рамках иерархических структур описывает «теория центральных мест» Вальтера Кристаллера, которая была создана в 1930-е годы для объяснения пространственного размещения и функционирования городов и деревень Южной Германии. См.: Бродель Ф. Время мира. Материальная цивилизация, экономика и капитализм, XV-XVIII вв. Т. 3. М., 1992. С. 31-32; Clarke D. L. Spatial Information in Archaeology // Spatial Archaeology. London, New York, 1977. P. 21-24; Renfrew C., Bahn P. Archaeology: Theories, Methods and Practice. London, 1996. P. 158-162.

9. Sherratt A. G. Socio-economic and Demographic Models for the Neolithic and Bronze Ages of Europe // Models in Archaeology. London, 1972. P. 515; Renfrew C., Poston T. Discontinuities in the Endogenous Change of Settlement Pattern // Transformations: Mathematical Approaches to Culture Change. New York, 1979. P. 438-440.

В освоении европейских пространств к северу от Дуная значительную роль сыграли миграции населения из балканского региона, где возможности его роста ограничивали архаичная техника обработки земли и примитивные приемы землепользования. В предгорьях Старой Планины и Нижнедунайской низменности первоначальное земледельческое расселение было связано с носителями традиций фракийского раннего неолита, а в Карпатском бассейне — с культурой Старчево—Кёреш—Криш. Они стали первыми мигрантами, воспользовавшимися открывавшимися возможностями для экстенсивного развития земледелия за пределами первоначальных регионов. Наличие достаточно больших массивов неосвоенных земель первоначально определило здесь подвижную модель заселения. Небольшие по размерам памятники этих культур располагались по террасам по краям речных долин, чтобы, с одной стороны, использовать плодородные аллювиальные почвы, с другой — избежать риска затопления во время паводков 10.

10. Whittle A. Europe in the Neolithic. P. 48-49, fig. 3.6.

Телли здесь появляются позже, начиная с VI-V тыс. до н.э., их формирование связано уже с культурами среднего и позднего неолита 11. Кроме того, за пределами Балкан мощность слоев «теллей» постепенно уменьшается. Следы многовековой преемственности отсутствуют уже в ряде многослойных памятников Нижнедунайской низменности. Их обитатели периодически меняли места поселений, выбирая возвышенные участки в рамках определенной территории 12. Многометровые культурные напластования характерны для теллей культуры Винча (на самом телле Винча мощность слоев достигает 7 м при площади поселения около 6 га). Севернее многослойные более-менее долговременные поселения еще встречаются в бассейне Тисы, но мощность слоев здесь редко превышает 2-2,5 м 13. Далее, в области культуры Лендьел на Среднем Дунае, поселений типа теллей уже нет.

11. Тодорова Х. Археологическо проучване на праисторически обекти в района на с. Овчарово, Търговищко, през 1971-1974 // Овчарово / Разкопки и проучвания, IX. София, 1983. С. 99-102, Обр. 40.

12. Это иллюстрируют, например, наблюдения Е. Комши над распределением поселений различных периодов культуры Боян в Низовьях Дуная: Comsa E. Istoria comunitatilor culturii Boian. Bucuresti, 1974. P. 139-142, fig. 47.

13. Археология Венгрии. С. 330.

В зоне центрально-европейских широколиственных лесов и лесостепи к востоку от Карпат мигрантам-земледельцам пришлось осваивать новые территории и формировать новые стратегии адаптации к окружающей среде. Здесь многослойные памятники отражают уже не непрерывное развитие культуры, а периодическое заселение участка после значительных перерывов (культуры линейно-ленточной керамики, Лендьел, Триполье-Кукутени).

Первыми мигрантами, воспользовавшимися открывавшимися возможностями для экстенсивного развития земледелия за пределами Балкано-Карпатского региона, стали носители культуры линейно-ленточной керамики. Расселение ее носителей происходило по областям легких для обработки и плодородных лессовых почв среднеевропейской лесной области — Центральной и Западной Европы 14. При наличии достаточно обширных неосвоенных земель здесь начинается не только активная эксплуатация возможностей лёссовых и аллювиальных почв речных долин, но, возможно, уже складывается и система «кочевого» подсечно-огневого земледелия, при которой вырубка и выжигание лесов давали возможность получать на обогащенных золой полях сравнительно неплохие урожаи. Без дополнительных удобрений почвы быстро истощались, и через некоторое время приходилось расчищать новые участки, перенося поля на новое место. Отсюда — недолговременность поселений, которые существовали в периоды земледельческих циклов от 30-40 до 60-80 лет, то есть в течение 2-3 поколений.

14. Добрынин Б.Ф. Физическая география Западной Европы. М., 1948. С. 59-66; Чайлд В.Г. У истоков европейской цивилизации. С. 145-146, 199; Кларк Г. Доисторическая Европа... С. 103-104, рис. 45; Титов В.С. Древнейшие земледельцы в Европе // Археология Старого и Нового Света. М., 1966. С. 30, рис. 2; Piggott S. Ancient Europe from the Beginnings of Agriculture to Classical Antiquity. Edinburgh, 1965. P 50-52.

Хотя исследования локальных групп памятников внесли в данную модель, построенную на основании изучения памятников с линейно-ленточной керамикой еще в 1930-е гг., ряд поправок и уточнений (например, связанных с наличием на ряде памятников «горизонтальной» стратиграфии 15), представление о довольно высокой подвижности ранних земледельцев Европы подтверждается и работами последних десятилетий 16. Элементы иерархии крупных и малых поселений здесь отмечается только в материалах переходной поры от энеолита к бронзовому веку (культура воронковидных кубков), да и то только на уровне существования базового поселка и небольших временных стоянок вокруг него 17.

15. Сложность заключается в том, что материал поселений культуры линейно-ленточной керамики не всегда достаточен для обоснованных выводов, поэтому остается открытой проблема одновременности или разновременности поселений в пределах локальных групп: Jarman M. R., Bailey G. N., Jarman H. N. Early European Agriculture: Its Foundations and Development. Cambridge, 1982. P. 33-34.

16. Титов В.С. Древнейшие земледельцы в Европе. С. 30-32; Титов В. С. Неолит Карпатского бассейна. С. 154-158; Шнирельман В.А. Возникновение производящего хозяйства... С. 186-187; Waterbolk H. T. The Lower Rhine Basin // Courses toward Urban Life. Archeological Considerations of Some Cultural Alternates. Chicago, 1962. P. 235-237; Jarman M. R., Bailey G.N., Jarman H.N. Early European Agriculture. P. 137-138.

17. См., например: Kruk J. Studia osadnicze nad Neolitem wyzin lessowych. Wroclaw, 1973; Kruk J. Gospodarka w Polsce Poludniowo-Wschodniej w V-III tysiacleciu p.n.e. Wroclaw, 1980. S. 80-85, ryc. 10; Rybicka M. Przemiany kulturowe i osadnicze w III tys. przed. Chr. na Kujawach. Kultura pucharov lejkowatych i amfor kulistych na Pagorach Radziejowskich / Biblioteka Museum Archeologicznego i Etnograficznego w Lodzi, 28. Lodz, 1995. S. 127-138.

Подобная картина наблюдается и к востоку от Карпат в области распространения трипольско-кукутенской культуры, где большинство памятников имеют только один строительный горизонт. Даже те из них, которые имеют несколько культурных слоев, регулярно заселялись заново через некоторые промежутки времени 18. Длительность существования однослойного трипольского поселка обычно оценивают в 50-75 лет 19. Наблюдения над относительной хронологией поселений раннего и среднего Триполья позволяют выявить в долинах больших и малых рек цепочки поселений, керамические материалы которых объединены генетическими связями. Они могли быть оставлены одной или несколькими родственными группами населения, проживавшими в определенном микрорайоне в течение 150-200 лет, т.е. на протяжении 8-10 поколений 20.

18. Чайлд В.Г. У истоков европейской цивилизации. С. 199; Белановская Т.Д. Трипольская культура. Л., 1958. С. 24 и др. Исключение представляет, пожалуй, только многослойное поселение Подури-дялул Гындару в Прикарпатской Молдове, площадь которого была заселена почти непрерывно (мощность слоев здесь достигает 4-5 м). Это связано с тем, что рядом располагались соляные источники, эксплуатировавшиеся на протяжении всех этапов развития культуры Триполье-Кукутени. См.: Monah D., Cucos S., Popovici D., Antonescu S., Dumitroaia G. Cercetarile arheologice de la Poduri-dealul Ghindaru // CA, VI, 1983 etc.

19. Маркевич В. И. Позднетрипольские племена Северной Молдавии. Кишинев, 1981. C. 10; Круц В.А. К истории населения трипольской культуры в междуречье Южного Буга и Днепра // Первобытная археология. К., 1989. С. 120-121; Колесников А. Г. Трипольское общество Среднего Поднепровья. Опыт социальных реконструкций в археологии. К., 1993. С. 103 и др.

20. Палагута И. В. Системы расселения ранних земледельцев Карпато-Поднепровья: опыт изучения микрогрупп памятников культуры Триполье-Кукутени // АВ, №7, 2000; Palaguta I. Tripolye Culture during the Beginning of the Middle Period (BI): The relative chronology and local grouping of sites / BAR International Series, 1666. Oxford, 2007. P. 55-57.

Поселения культуры линейно-ленточной керамики: 1 — Дарион; 2 — Лангвейлер, Бельгия (по Whittle 1996)
Рис. 22. Поселения культуры линейно-ленточной керамики: 1 — Дарион; 2 — Лангвейлер, Бельгия (по Whittle 1996)

В дальнейшем памятники Триполья-Кукутени развивались в направлении сложения иерархических структур. На позднем этапе развития культуры происходит «качественный скачок в иерархии поселений», в результате которого образуются поселения-гиганты площадью 150-400 га с населением до нескольких тысяч человек (рис. 22). Однако по древневосточному урбанистическому пути развития трипольское общество все же не пошло: недолгий период существования «суперцентров» закончился дезинтеграцией и упадком культуры 21.

21. Массон .М. Ранние комплексные общества Восточной Европы. С. 142-146.

Таким образом, раннеземледельческие культуры и Центральной, и Восточной Европы предстают перед нами в качестве подвижной, постоянно изменяющейся во времени системы, в основе развития которой лежит «освоение новых сельскохозяйственных территорий, сегментация и возникновение новых независимых поселков» 22.

22. Мерперт Н.Я. Миграции в эпоху неолита и энеолита. C. 11.

Подвижный образ жизни ранних земледельцев Европы оказал значительное влияние на область их духовной культуры. Во-первых, прерывистый характер ареалов, оторванность одних «одомашненных» островков «цивилизации» от других в неизведанном чужом пространстве, обусловили сегментацию культур, выделение в их пределах обособленных локальных групп памятников со своеобразными культурными чертами, формирование локальных стилей в поселенческой архитектуре, керамике и пластике. Следствием слабых взаимосвязей между отдельными группами населения стало сохранение архаичных черт культуры на окраинах раннеземледельческой ойкумены (а в масштабах культуры — на периферии ее ареала).

Во-вторых, развитие подвижных поселенческих систем неминуемо должно было определить формирование в Европе иных, чем на Ближнем Востоке, представлений о пространстве, более динамичном и разнородном, и времени, которое исчислялось не только постоянной ритмичностью годовых циклов, но и более длительными периодами существования поселков, охватывавшими несколько поколений. Таким образом, иначе происходит и формирование тех «базовых моделей», образов мира и социума, которые прямо или косвенно отразились в планировке поселений, в возникновении особых типов монументальных сооружений, а также прямым или косвенным образом — сказались на образах и стилистике изобразительного искусства и орнамента.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для предотвращения попыток автоматической регистрации