Архитектура Древней Армении

Глава «Архитектура Армении» книги «Всеобщая история архитектуры. Том I. Архитектура Древнего мира». Автор: О.X. Халпахчьян; под редакцией О.Х. Халпахчьна (отв. ред.), Е.Д Квитницкой, В.В. Павлова, А.М. Прибытковой. Москва, Стройиздат, 1970


Армения — высокогорная страна, расположенная между Малоазийским и Иранским плоскогориями. Армянский народ образовался в результате длительного процесса слияния племенных союзов хайев, арменов, урартов и др., который особенно интенсивно протекал после падения государства Урарту. Основанное в 624 г. до н.э. государство армян было включено в 520 г. до н. э. в состав персидской державы Ахеменидов, а в 323 г. до н. э. — эллинистического государства Селевкидов. Борьба Рима с Селевкидами благоприятствовала восстановлению армянских царств — Айраратского, Малой Армении, Софены и Армении. Айраратским царям из династии Арташесидов (189 г. до н. э. — 1 г. н. э.) удалось объединить армянские земли в единую монархию — Великую Армению, которая при Тигране II (95—55 гг. до н. э.) достигла наивысшего развития и считалась одной из мощных и передовых стран.

При Арташесидах Армения представляла собой военно-рабовладельческое государство. Многочисленное население говорило на общем армянском языке и исповедовало единую языческую религию. Царь и верховный жрец были облечены неограниченной властью. Большие права имели бдешхи — наследственные правители окраинных земель.

Карта Армянского нагорья
Карта Армянского нагорья

Природные богатства страны способствовали развитию земледелия, ремесла и торговли. Проходившие через Армению торговые пути между Востоком и Западом благоприятствовали не только культурному подъему, но и строительству городов. Основное население развивало самобытную, основанную на древних традициях местную культуру. В городах же и в среде рабовладельцев имела распространение порожденная тесным общением с античными государствами армянская эллинистическая культура.

Древнейшими письменами в Армении были арамейские (надписи Арташеса I на межевых камнях), а с I в. до н. э. — греческие знаки. На греческом языке писались литературные произведения и высекались надписи на сооружениях, например крепостных стенах Тигранакерта (рис. 38) и Гарни. Древнейшее армянское письмо применялось для написания летописей и храмовых книг.

Высокого уровня достигло театральное искусство. В городах (Арташат, Тигранакерт) возводились театральные здания, в которых ставились произведения греческих и армянских авторов.

Распространение имели статуи языческих богов и обожествленных царей (рис. 39). Высота бронзовых статуй достигала 6—7 м. В монументальном зодчестве были распространены барельефы, на них изображался растительно-геометрический орнамент (рис. 40), реже животные.

Высокого развития достигла архитектура.

Тигранакерт. Греческая надпись на крепостной стене города, I в. до н. э.
38. Тигранакерт. Греческая надпись на крепостной стене города, I в. до н. э.
Бронзовая маска армянской боги ни Анаит, I в. до н. э.
39. Бронзовая маска армянской боги ни Анаит, I в. до н. э.
Гарни. Фрагменты орнаментальной резьбы языческого храма, I в.
40. Гарни. Фрагменты орнаментальной резьбы языческого храма, I в.
Гарни. Крепостная стена, III-II вв. до н. э .: базальтовые блоки стенной кладки; прямоугольные башни северной стороны
41. Гарни. Крепостная стена, III-II вв. до н. э .: базальтовые блоки стенной кладки; прямоугольные башни северной стороны

В массовом строительстве в небольших укреплениях применялся мелкий, грубо околотый камень и кирпич. Кладка стен велась на глиняном и известковом растворе. Монументальные сооружения выполнялись из крупных базальтовых квадров (в крепостной стене Гарни они достигают 5—6 т веса; рис. 41, слева). Квадры укладывались насухо, плашмя и скреплялись железными скобами, залитыми свинцом (Гарни) или железными скрепами в виде ласточкина хвоста (Армавир). Стержни колонн и притолочные камни связывались пиронами. Перекрытия обычных сооружений — плоские по деревянным балкам с глино-саманным покрытием, которое в районах со значительными осадками имело большой уклон. В капитальных зданиях применялись стропильные перекрытия под скатные черепичные кровли. Практиковались также перекрытия из каменных плит, арки и своды, сложенные из камня на известковом растворе (Гарни).

Планировка городов первых армянских царств VI—IV вв. до н. э. не известна. Из описания греческого автора Ксенофонта, видевшего в 401 г. до н. э. в Армении обширное поселение, следует, что оно состояло из замка местного правителя и окружавших его укрепленных домов горожан.

Во времена династии Арташесидов и первых царей из династии Аршакидов в Армении с III в. до н. э. по II в н. э. было основано около 20 крупных и мелких городов. В большинстве случаев они помещались в наиболее важных экономических и стратегических пунктах, на месте урартских поселений. Например, одна из армянских столиц — Армавир возник в начале VI в. до н. э. после падения государства Урарту на месте урартского города Аргиштихинили. В связи с этим в структуре городов отразились как урартские, так и господствовавшие в те времена эллинистические традиции, из сочетания которых впоследствии выработались отличительные особенности градостроительства Армении.

Города Армавир (III в. до н. э.), Ервандашат (конец II в. до н. э.), Арташат (170—160 гг. до н. э.), Тигранакерт (77 г. до н. э.) и другие имели четкую структуру плана. Из описаний историков — греческих Плутарха и Страбона и армянского Мовсеса Хоренаци — можно заключить, что города состояли из цитадели и поселения. Цитадель занимала господствующую над городом и окружающей его территорией возвышенность и в зависимости от рельефа помещалась с краю (Арташат) или в центре (Тигранакерт, Вагаршапат) города.

Возведенные на горной местности города имели случайную конфигурацию плана. Очертания равнинных городов были регулярными. Структура уличной сети обоих типов городов не выяснена. Можно полагать, что города, основанные на месте древних поселений (Армавир, Вагаршапат), имели менее выраженные черты эллинистического градостроительства, чем возведенные на новых территориях (Тигранакерт).

Городские поселения обладали развитой фортификацией. Цитадель объединялась с укреплениями города в единую оборонительную систему. Периметр города и цитадели обносился мощными стенами и башнями. В систему укреплений включался потайной (подземный) ход для эвакуации при захвате крепости, а также для забора воды при порче водопровода. Как сообщает Мовсес Хоренаци потайной ход в цитадели Ервандашата был устроен под дворцовой лестницей.

Максимально использовались усиливающие оборону города особенности рельефа (крутые склоны, водные рубежи). Развитие военной техники изменило и характер укреплений. В отличие от урартского времени перед стенами в качестве препятствия осадным машинам устраивались водяные рвы и валы. Одновременно повысилась и роль башен, основным назначением которых стало ведение не фронтальной, а фланговой стрельбы, наиболее результативной при штурме, поддержанном осадными машинами. Башни стали значительно выдвигать за стены, сближать и делать выше (рис. 41, справа).

Города возводили на мысу, вдающемся в излучину реки или образованном слиянием рек, что облегчало оборону и обеспечивало население водой. По описанию Мовсеса Хоренаци, при строительстве Ервандашата на скалистом холме во многих местах внутри крепости для забора воды были прорублены канавы до уровня реки Араке.

В пределах поселения мыс ограждался по берегу стенами, перед которыми со стороны равнины устраивались водяной ров и вал. Так был укреплен, по описанию Страбона, Арташат, построенный по заранее намеченному плану (по преданию, выбор места был произведен по совету Ганнибала). Город считался крупнейшим культурно-экономическим центром Армении II в.до н.э. Страбон называет его красиво выстроенным царским городом, а Плутарх — большим и очень красивым городом, армянским Карфагеном. В нем имелись роскошный царский дворец, выдающиеся культовые храмы, усыпальницы, театры, ремесленные и торговые здания.

Большое внимание уделялось благоустройству городской территории. Крутые рельефы смягчались устройством террас с каменными подпорными стенами, как, например, в Армавире. Главные улицы и площади мостились, прокладывались водоводные магистрали.

Тигранакерт. Крепостные стены города, I в. до н. э.
42. Тигранакерт. Крепостные стены города, I в. до н. э.

Столица Тигранакерт, основанная Тиграном II, была возведена быстрыми темпами. Строительство велось по плану при активном участии населения. Город располагался в природно укрепленном горном месте. Число жителей превышало 100 тыс. По Страбону и Аппиану, они в большинстве своем были переселены из завоеванных в Каппадокии и Киликии «12 эллинистических городов». Тигранакерт, один из крупнейших городов мира того времени (одни ученые сравнивают его с Ниневией и Вавилоном, другие — с передовыми эллинистическими городами), отличался благоустройством и имел мощные оборонительные сооружения (рис. 42). По Аппиану, городские стены имели высоту в 50 локтей (около 26 м) и были настолько широки, что в них размещались склады и царские конюшни. Неприступность стен усиливали часто поставленные башни, водяной ров и земляной вал.

Аналогичные укрепления имел находящийся на Араратской равнине Вагаршапат (ныне Эчмиадзин), основанный как новая столица Армении царем Вагаршаком (117—140 гг.), на месте Вардкесавана, датируемого III—II вв. до н. э.

Помимо городских укреплений возводились крепости и замки, служившие одновременно загородными резиденциями. Из них известны вилла Ервандакерт (конец III — начало II в. до н. э.) около Ервандашата, крепость Гарни (III—II вв. до н.э.), загородный дворец Тиграна II (I в. до н. э.) около Тигранакерта.

Гарни. Общий вид крепости сверху, III—II вв до н. э.
43. Гарни. Общий вид крепости сверху, III—II вв до н. э.
Гарни. Крепостная стена восточной стороны, III—II вв. до н. э.
44. Гарни. Крепостная стена восточной стороны, III—II вв. до н. э.
Фрагмент карниза здания эллинистического времени, обнаруженный в храме Рипсимэ
45. Фрагмент карниза здания эллинистического времени, обнаруженный в храме Рипсимэ

Служившая летней резиденцией царей Аршакидов крепость Гарни основана на месте циклопической крепости, на высоком треугольном мысу, огибаемом рекой Азат с двух длинных сторон (рис. 43). Глубокое, местами до 150 м, ущелье с отвесными склонами служило естественным рубежом. Стены возведены только со стороны, обращенной к равнине. Длина стены была не менее 314 м, при толщине 2,07—2,08 м. Стена, обращенная к северу на равнину, имела часто (10—13,5 м), а к востоку, в сторону пологого спуска, реже (25—32 м) расставленные прямоугольные в плане башни (6 x 6,2 — 6,7 м), сложенные из крупных базальтовых блоков (рис. 44). Единственные узкие (2,16 м) арочные ворота помещались между двумя сближенными башнями.

Значительное развитие получило строительство дорог и мостов. В частности, Тиграном II была проложена магистраль, соединявшая Арташат и Араратскую долину с Тигранакертом.

По данным Геродота, Страбона и Плиния Старшего, дороги Армении отличались благоустройством. Магистрали рассчитывались на двухпутное движение колесного транспорта. Дороги были замощены каменными плитами, уложенными поверх выровненного основания. При крутом рельефе в скалах прорубались, а в холмах прорывались траншеи. На длинных перегонах возводились постоялые дворы.

Мосты сооружались временные и постоянные. Возле Арташата было три моста: через водяной ров, через реку Мецамор (именуемый Таперакан) и через реку Араке, из которых последние два были каменные. Четырехпролетный мост через реку Арпа близ села Арени был возведен из чисто отесанных камней базальта, скрепленных металлическими скобами, залитыми свинцом.

Черты эллинистической культуры отчетливо проявились также и в архитектуре различных зданий. Руины древних поселений и фрагменты сооружений (рис. 45) свидетельствуют о распространении в Армении характерных для античности типов зданий — храмов, святилищ, театров и др.

Представление о гражданских зданиях можно составить по литературным сведениям и по некоторым немногочисленным примерам.

Сельские дома описаны Ксенофонтом в «Анабазисе». Они представляли собой землянки с верхним расширенным книзу проходом. Туда спускались по лестнице, а для скота были вырыты специальные коридоры. Такое жилище было обнаружено около Ленинакана. Оно близко к бытовавшему в Армении средневековому типу жилища, называемому тун или глхатун, т. е. дом с главой. Обычно его возводили на косогоре, заглубляя одной стороной в землю. В плане глхатун квадратный или прямоугольный. Стены его клались из рваного камня на глиняном растворе. Обязательные элементы: очаг или тонир (печь, представляющая собой зарытый в землю бочкообразный кувшин), различные по величине стенные ниши и составленное из деревянных балок, уложенных в виде усеченной квадратной или многогранной призмы перекрытие (со свето-дымовым отверстием), возвышающееся над зданием в виде небольшого холмика. В зависимости от размеров помещения и качества кладки стен перекрытие опирается на пристенные или на свободно стоящие деревянные столбы на каменных базах, число и расположение которых определяет композиционные особенности интерьера. Дверь — одна для людей и скота — помещается в одном из углов переднего фасада. Зимой, когда дверь заваливалась снегом, люди попадали в жилище через свето-дымовое отверстие по лестнице.

В городском жилище армян, по-видимому, получили развитие композиционные особенности урартских городских жилых домов. По отрывочным данным историков, города Арташат, Ервандашат, Армавир, Аршамашат и особенно Тигранакерт, были выстроены по всем градостроительным правилам и имели благоустроенные многоэтажные жилища. Центральную часть города занимали капитальные дома торговцев и ремесленников, занятия которых отражались на характере и типе их жилищ. Связанная с земледелием большая часть городского населения проживала на окраинах и в пригородах, в домах, имевших много общего с сельским жилищем.

Какими были дворцы знати в столицах Армении эллинистического периода не известно. Учитывая хвалебные отзывы древних авторов об этих городах, надо полагать, что к числу лучших городских сооружений принадлежали и резиденции правителей. Дворец цитадели Ервандашата, названный армянским историком V в. Фавстосом Бузандом (Фавст Византийский) «большим городом», по описанию Мовсеса Хоренаци, имел высокие стены с медными воротами и железной лестницей. Надо думать, что расположенные в цитадели дворцы правителей этого времени, подобно урартским дворцам (Эребуни, Тейшебаини), представляли собой комплекс помещений, объединенных в одном сооружении.

Иной характер имели загородные виллы и летние резиденции, окруженные садами, водоемами с рыбой и обширными лесами с дикими животными для охоты. По свидетельству Мовсеса Хоренаци, царская вилла Ервандакерт состояла из разрозненных, веселых на вид, светлых, изящных и бесподобных зданий, расположенных среди благоухающих цветников. Очевидно к типу Ервандакерта принадлежали загородный дворец Тиграна II около Тигранакерта и упомянутый Фавстосом Бузандом под названием Тикнуни, дворец царя Хосрова II (330—338 гг.) близ Двина, в дубовом лесу долины реки Азат.

Гарни. Генеральный план крепости: а — северная стена; б — восточная стена; в — ворота; г — языческий храм; д — парадный зал; е — жилой корпус; ж — дворцовая баня; з — колонный зал; и — христианская церковь, VII в.
46. Гарни. Генеральный план крепости: а — северная стена; б — восточная стена; в — ворота; г — языческий храм; д — парадный зал; е — жилой корпус; ж — дворцовая баня; з — колонный зал; и — христианская церковь, VII в.
Гарни. Дворцовая башня: общий вид
Гарни. Дворцовая башня: план
47. Гарни. Дворцовая башня: общий вид и план
Гарни. Дворцовая башня. Мозаика пола раздевальни, III-IV вв.
48. Гарни. Дворцовая башня. Мозаика пола раздевальни, III-IV вв.
Гарни. Колонный зал. План
49. Гарни. Колонный зал. План

Правдивое описание Мовсесом Хоренаци архитектурного облика Ервандакерта применимо и к летней царской резиденции в крепости Гарни. Дворцовый комплекс состоял из отдельных зданий. К настоящему времени раскопаны остатки храма, парадного и колонного залов, жилого корпуса и бани. Они располагались вокруг просторной площади в южной, удаленной от ворот части крепости, где образовывали своеобразный ансамбль (рис. 46).

Вершину мыса занимал храм, обращенный на площадь главным северным фасадом. Учитывая размеры храма и его расположение на оси, проходящей через ворота крепости, можно предполагать, что он служил основным архитектурным акцентом ансамбля.

С запада от храма, у края обрыва помещался парадный зал. Его подвальный этаж представлял собой вытянутое сводчатое помещение (12,5 x 22,5 м) с шестью квадратными столбами на продольной оси. Стены делили поставленные по оси столбов пилястры, между которыми находились арочные ниши. В VII в. над руинами зала был построен круглый христианский храм.

С севера к залу примыкал жилой корпус, подвальные помещения которого включали небольшую винодельню. Сохранившиеся на штукатурке следы окраски подвальных помещений в розовые и красные цвета дают основание предполагать богатство убранства жилых и парадных покоев дворца.

С северной стороны площади под углом к жилому корпусу находилась дворцовая баня. Сооруженное из рваного камня на известковом растворе здание включало не менее пяти помещений, из которых четыре имели по торцам апсиды (рис. 47). В некоторых апсидах с пониженным уровнем пола, вероятно, находились небольшие бассейны. Судя по конструктивным особенностям уцелевших до высоты 2—2,5 м стен, первая с востока апсидальная комната служила раздевальней, вторая — купальным залом с холодной, третья — с теплой, а четвертая — с горячей водой. В последней помещался также резервуар для воды с топочным отделением в подвале. Полы были выложены из двух слоев обожженных кирпичей (64 x 66 x 6 и 64 x 66 x 4 см), покрытых полированным стуком (толщиной 7 см). Полы опирались на кирпичные столбики (диаметром от 19 до 25 см) и обогревались снизу горячим воздухом с дымом, поступавшим из топки (рис. 47). Некоторое представление об отделке интерьера дают уцелевшие в отдельных помещениях полы с остатками каменной мозаики. Особый интерес представляет мозаика пола раздевальни, датируемая III—IV в. Ее сюжет взят из греческой мифологии и содержит изображения на зеленоватом фоне моря, рыб, нереид, ихтинокентавров и богов Океана и Таласы (рис. 48). Интересна надпись на мозаике, гласящая: «Ничего не получая, работали».

Баня Гарни по своей композиции, наличию нескольких купальных залов с различной температурой и отоплением системы гипокауст, имеет много общего с античными банями Сирии и Малой Азии, особенно с банями в Мцхета-Армази (II—III вв.) в Грузии, в Дура-Европосе и в Антиохии на Оронте (IV в.).

Представляют интерес остатки расположенного у восточной крепостной стены прямоугольного помещения (6,3 x 9,75 м), датируемого III—IV вв. (рис. 49). Его деревянное перекрытие опиралось на два внутренних деревянных столба (диаметр 31 см) с каменными базами. Подобная композиция здания с внутренними столбами характерна также для колонного зала города-крепости Багинети близ Мцхеты (Грузия).

Культовые сооружения Армении посвящались языческим божествам, получившим при Тигране II греческие имена. Храмы имелись во многих городах и поселениях, где их возводили или в виде отдельных зданий, или в виде больших комплексов. Среди последних наибольшей известностью пользовались храмы Аштишата и Багреванда. После принятия христианства на рубеже III—IV вв., почти все языческие храмы были разрушены. Судя по сведениям армянских историков Агатангеоса (Агафангела) и Зеноба Глака и по единственному сохранившемуся примеру — храму в Гарни (вторая половина I в.), языческие храмы были каменными прямоугольными зданиями.

Гарни. Языческий храм, I в. Фрагмент подиума с изображением атланта

Гарни. Языческий храм, I в. Фрагмент подиума с изображением атланта

Гарни. Языческий храм, вторая половина I в. Общий вид с северо-запада
Гарни. Языческий храм, вторая половина I в. План и северный фасад
50. Гарни. Языческий храм, вторая половина I в. Общий вид с северо-запада, план и северный фасад
Гарни. Языческий храм. Капитель промежуточной колонны
Гарни. Языческий храм. Угол фронтона
Гарни. Языческий храм. Голова льва на карнизе
51. Гарни. Языческий храм. Капитель промежуточной колонны, угол фронтона и голова льва на карнизе

Храм в Гарни возведен из блоков чисто тесаного базальта. Камни, некоторые длиной более 4 м и весом до 5 т, уложены насухо и скреплены скобками и пиронами. По стилю храм, шестиколонный периптер, близок к аналогичным памятникам Малой Азии (Термес, Сагала, Пергам), Сирии (Баальбек) и Рима (рис. 50). Он выполнен в эллинистических архитектурных формах, но отличается местными особенностями деталей и декора.

Храм стоял на высоком подиуме (площадью 11,82 x 16,02 м, не считая лестницы) с двухступенным основанием. На подиум вела широкая лестница с девятью высокими ступенями, заключенная между боковыми стенками, на торцах которых находились барельефы коленопреклоненных фигур с воздетыми руками (рис. 51); такой скульптурный мотив известен по памятникам восточно-римских провинций (например, Ниха в Сирии, II в. до н. э.). Перед прямоугольной целлой (5,14 x 7,29 м) перекрытой полуциркульным сводом, был неглубокий пронаос с антами и входом, украшенным богатым наличником. Малые размеры целлы свидетельствуют о том, что в ней находилась статуя божества, возможно, бога солнца — Митра, а культовое действие производилось в пронаосе.

Базы колонн храма по своим формам близки к аттическим, стволы гладкие, ионические капители с сочно прорисованными волютами и иониками украшены лиственным орнаментом, различным во всех 24 колоннах. Богато орнаментированный антаблемент отличается значительным выносом верхней части архитрава и фриза. Подобный прием встречается также в памятниках Сирии (II в.) и Италии (IV в.). Гусек карниза украшен львиными головами и листьями аканта; фронтон гладкий. Потолки портика и обхода храма Гарни были украшены восьмиугольными и ромбовидными орнаментированными кессонами, аналогии которым имеются в памятниках Сирии. Высокое качество резьбы по базальту свидетельствует о первоклассной работе армянских мастеров, возводивших сооружения Армавира, Ервандашата, Гарни и др. Их участие особенно видно в разработке деталей: разнообразии орнаментальных мотивов, наличии образцов местной флоры в орнаментике (цветы, листья ореха, виноград, гранат), манере исполнения и плоскостной резьбе.

Описанные архитектурные особенности и богатство орнаментального убранства храма в Гарни свидетельствуют об его главенствующей роли в ансамбле дворцовой площади. Это подтверждается композицией храма, рассчитанной на контрастное сопоставление горизонтальных членений подиума с вертикалями колонн, четко обрисованными на фоне неба, а также изолированным расположением здания, создавшим возможность его восприятия с различных (дальних и близких) точек зрения.

Архитектурные памятники рабовладельческого периода Армении свидетельствуют о высоком уровне развития зодчества. Благодаря культурным связям с эллинистическим миром, архитектура Армении получила новое направление своего развития, в процессе которого были созданы благоприятные условия для формирования замечательной архитектуры феодального периода.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для предотвращения попыток автоматической регистрации